Военно-Исторический портал посвященный Второй Мировой войне. » Герои СССР » П.Л. Кошелев - Герой Советского Союза
ВООРУЖЕНИЕ СССР
СОВЕТСКИЕ ТАНКИ
СОВЕТСКИЕ САУ
Вооружение воздушных сил. РУССКИЕ САМОЛЕТЫ
Вооружение морских сил (ВМФ). Русские корабли и подводные лодки
Вооружение сухопутных сил. Огнестрельное, минное оружие.
РУССКАЯ АРТИЛЛЕРИЯ
Советские броневики, БТР и гусеничные машины
Обмундирование и знаки отличия Красной Армии
Штатная организация частей и подразделений РККА
Вооружение артиллерии
ФАКТЫ
РУССКИЕ БРОНЕТАНКОВЫЕ ВОЙСКА
Личности и выдающиеся конструкторы СССР
АСЫ
ГЕНЕРАЛЫ И ПОЛКОВОДЦЫ СССР
ИОСИФ СТАЛИН
ГЕОРГИЙ ЖУКОВ
КОНСТАНТИН РОКОССОВСКИЙ
КЛИМ ВОРОШИЛОВ
ИВАН КОНЕВ
ЛЕОНИД ГОВОРОВ
ФЕДОР ТОЛБУХИН
РОДИОН МАЛИНОВСКИЙ
СЕМЕН ТИМОШЕНКО
НИКОЛАЙ ВАТУТИН
ПАРТИЗАНСКАЯ ВОЙНА
  • Русские партизаны
  • Украинские партизаны
  • Белорусские партизаны
  • Прибалтийские партизаны
  • Еврейские партизаны
  • Бульбовцы
  • Награды
  • Высшие степени отличия
  • Ордена
  • Медали
  • За подвиги женщинам
  • Сражения и операции СССР
  • 1940
  • 1941
  • 1942
  • 1943
  • 1944
  • 1945
  • Военные карты
  • Горьковская (Нижегородская) область в годы войны
  • Награждены посмертно
  • ГЕРОИ
  • Город Горький - город воинской славы !!!
  • Воспоминания ветеранов ВОВ Нижегородской области
  • Фронтовая жизнь советских воинов
  • Военные марши
  • Песни
  • Дороги войны
  • ПИСЬМА С ФРОНТА
  • Документы и удостоверения
  • ПОДВИГИ
  • Жертвы войны
  • Поле битвы
  • Числа
  • Союзники СССР. Антигитлеровская коалиция
    ПОЛЬША
    ФРАНЦИЯ
    КАНАДА
    АМЕРИКА
    АНГЛИЯ
    ДРУГИЕ СТРАНЫ
    ФОТОГАЛЛЕРЕИ
    Секретные материалы
  • Тайные операции
  • Разведка СССР
  • Тайны
  • РОА
  • Книги и мемуары о войне
  • Книги
  • Мемуары
  • Фотогалерея
  • Военная техника
  • Воины
  • Плакаты пропаганды
  • Картины о войне
  • Элементы сражений
  • ВИДЕО
  • РУССКИЕ ТАНКИ
  • РУССКИЕ САМОЛЕТЫ
  • ФИЛЬМЫ/СЕРИАЛЫ О ВОЙНЕ
  • ПРОПАГАНДА
  • Меню сайта

    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
    Обратная связь
    Правообладателям
    От авторов сайта
    Ресурсы
    Опрос на сайтеWW2History.ru

    Рокоссовский
    Жуков
    Конев
    Ватутин
    Малиновский
    Говоров
    Толбухин



    Яндекс цитирования
    Яндекс.Метрика
     [ Герои СССР П.Л. Кошелев - Герой Советского Союза
    — Да в тебя, в тебя,— засмеялась Зоя,— вылитый батя. Ночь отступила. За чаем проговорили часа два. А когда
    стали укладываться спать, Степан Ефимович кивнул на забинтованные ноги зятя:
    — Что это у тебя?
    — Да так... Зима-то вон какая. Поморозил немного. На .аэродроме.
    А на другой день под большим секретом рассказал ее брату:
    — Зенитки над Ханкой зажали нас Видимо, зацепили. «До аэродрома километров сто еще топать, а мотор вышел из строя...
    Перед этим стрелок-радист передал по радио: «Задание выполнил, возвращаюсь в базу». И все. И больше ни слова. Как в воду канули. Впрочем, под нами и был Финский залив...
    С рассветом два самолета вылетели на поиск пропавших :йочью. Один вел командир эскадрильи капитан Канарев, на зтором летел начальник штаба старший лейтенант Ремизов. Внимательно осматривали все вокруг пилоты, но до размыто-то серой морозной мглой горизонта ничего, кроме серых льдин на серой балтийской воде. Повторный вылет Ремизов делал один. И снова, как ни вглядывался экипаж в пространство,— ничего. «Еще минут десять походим, и домой»,— посмотрел Ремизов на бензиномер. И вдруг стрелок-радист сообщил, что зидит что-то справа.
    Самолет сделал небольшой крен, и Ремизов чуть не вскрикнул: на дальней льдине шевелились три темные точки. Через лминуту стало ясно — они! Вот только сесть их летающая лодка МБР-2 не могла — кругом крошево плавающих льдин. Никакого просвета чистой воды. Сбросив вымпел — «Мы вам поможем, ждите!»— сделав над льдиной два круга, Ремизов лег на обратный курс. И только на следующий день высланный из военно-морской базы крейсер снял экипаж Грошенкова, Кошелева и Иванчихина со льдины после сорокачасовой «зимовки».
    — Сам понимаешь,— закончил рассказывать Петр,— мороз за сорок, ветер... Две ночи просидели. И ноги поморозили, и руки немного. Сразу же в госпиталь, а потом — вот он я.
    Пять дней, отпущенные Петру Кошелеву для отдыха в Ейске, пролетели словно пять минут. И снова в свою родную эскадрилью. А война с белофиннами уже кончилась. Шел март 1940 года.
    — Почему один.— удивился Грошенков, увидев своего» штурмана.— Зою чего не взял, сына?
    — Так ведь жить-то где?— пожал плечами Кошелев.
    В августе прошлого года эскадрилья перебазировалась на остров Эзель. и семьи еще не все были устроены на новом месте.
    — Вызывай Зою. тебе дали комнату, пойдем покажу! Однако только в сентябре семья Кошелевых собралась
    вместе, но «вместе» это еще не значило, что каждый день видел Валерка своего отца.
    — Он свой самолет больше меня любит,— чуть не плача,, сказала однажды Зоя соседке,— и дома-то все маршруты прокладывает. У него только высотомеры да бомбосбрасыватели на уме.
    — Что ж делать,— улыбнулась подруга,— привыкай. Такая уж наша судьба.
    А напряженность боевой подготовки росла с каждым днем.. И хотя дни были мирные, нагрузка — по военному времени. Не мудрено — войну ждали, к ней готовились. И вот...
    21 июня, в двадцать три тридцать пять Краснознаменный Балтийский флот принял боевую готовность № 1. А на другой день в четыре пятьдесят утра оперативный дежурный эскадрильи получил приказ: «Боевая тревога!»
    23 июня фашисты заняли Каунас, 24-го — Вильнюс. Острова Даго и Эзель сразу же оказались в опасности. 25 июня разрешили наконец командному составу эскадрильи побывать дома. Разрешили не всем. И только для того, чтобы помочь уложить чемоданы и эвакуировать жен и детей. 26 июня Петр Кошелев писал в Горький родителям: «Зою и Валерика отправил к вам. Прошу Вас не отказать в небольшом приюте* их у себя. Ну а я постараюсь бить врага так, чтобы ему было тошно протягивать руки к Советскому Союзу».
    — Ишь чего выдумал,— беззлобно проворчал Лев Федорович, читая письмо сына,— «прошу не отказать в приюте». Да сейчас вся Россия — один приют. Все в родне нынче стали. И так-то бы с радостью, а уж по теперешним-то временам.... Чай, свои.
    Вскоре и Зоя с Валеркой приехали. В Горьком она не была! с прошлого года. И всегда, если случалось, с интересом слушала рассказы свекрови о житье-бытье, словно впервые рассматривала семейные фотографии.
    — Вот на этой все Кошелевы,— пододвинула одну из них свекровь.
    С фотокарточки на Зою смотрел свекор. «Усы вон какие,, а на голове ни волоска»,— мелькнуло у нее. Слева — свекровь. Худощавая, с глубоко посаженными глазами, она всем своим видом как бы подчеркивала, что жизнь ей досталась нелегкая. «Конечно, нелегкая,— снова подумала Зоя,— пятеро сыновей, дочь. Всех надо было вынянчить, выкормить, вырастить, обшить, обстирать, обиходить. «Ну, сейчас-то уж легче стало. Михаил, Евгений, Алексей, Вера — эти уж на отцовском заводе работают. Сергей... Вот он на фотографии — артиллерист, старший лейтенант. Здесь же и невестки. Рядом с Зоей Петр...
    — Ну вот, вроде все собрались,— вздохнула свекровь еще раз глянув на фотографию.— А это Петя в ФЗУ. Семнадцать ему было. Вот это — в Ленинграде.
    С небольшой фотографии на Зою глядели такие же, как и у матери, глубокие, чуть задумчивые глаза. Темная форменка, аккуратно отглаженный гюйс, тельняшка... «ВМУ им. Фрунзе» — словно в первый раз видела, прочитала она на ленточке его бескозырки.
    Было в жизни Петра Кошелева и это училище. В ноябре 1934 года по комсомольской путевке направили его на флот. Учился он с желанием и успешно. Только не суждено было стать ему корабелом. В этом же году Совет труда и обороны принял постановление «О развитии гидросамолетостроения». Вскоре появились сугубо морские самолеты — летающие лодки, амфибии. Появилась нужда и в специалистах. 2 августа 1936 года для их подготовки в распоряжение Морских сил РККА была передана Ейская летная школа. А через месяц целое классное отделение из ВМУ им. Фрунзе перевели в Ейск. Так Петр Кошелев стал учиться на летнаба. «Летнаб — это летчик-наблюдатель,— объяснили им,— штурман, если по-вашему, по-корабельному».
    Сходного в учебе было много. Знания, полученные в Ленинграде, пригодились. И потому уже через год после окончания училища, прибыв к месту своего назначения, Кошелев бойко докладывал:
    — Товарищ капитан. Лейтенант Кошелев прибыл в ваше распоряжение для прохождения дальнейшей службы.
    Так состоялось знакомство его с командиром 1-й отдельной авиаэскадрильи ВВС Краснознаменного Балтийского флота капитаном Канаревым, а затем и с лейтенантом летчиком Грошенковым, в экипж которого и был назначен младший летнаб Кошелев.
    Удачным было это назначение. Быстро и прочно слетался экипаж. И когда в апреле 1939 года Грошенкова назначили командиром отряда, он предложил оставить у него Петра Ко-шелева — привык уже видеть его рядом, верил в него.
    В войне с белофиннами штурман отряда 12-й авиаэскадрильи лейтенант Кошелев налетал на своем МБР-2 209 часов. И в каждом полете проявлял он хладнокровие, сообразительность и находчивость. И каждый полет производил с огромным желанием выполнить поставленную задачу. Полеты были успешными, и 21 апреля 1040 года получил он свою первую боевую награду — орден Красного Знамени.
    В декабре 1940 года Кошелев получает повышение по службе — его назначают флагштурманом 15-й отдельной авиаэскадрильи, командование которой в это время поручили капитану Грошенкову. И вновь экипаж, в который входили Гро-шенков, Кошелев и Иванчихин, был вместе. В этом составе он и встретил на острове Эзель Отечественную войну.
    ...1 июля фашистами захвачена Рига, 9-го наши войска оставили Псков, 16-го — Нарву. Захватчики рвались к Таллину. На защите главной военно-морской базы стоял и героический гарнизон островов Даго и Эзель. 12 августа 1941 года директивой № 34 немецко-фашистского верховного командования указывалось: «Как только позволит обстановка, следует... ликвидировать военно-морские и военно-воздушные базы противника на островах Даго и Эзель».
    События в этом районе развивались быстро. И все же ликвидировать эти базы «обстановка» еще не позволяла. Гарнизон островов продолжал сражаться. И флагштурман 15-й авиаэскадрильи водил свои самолеты на разведку Рижского залива, на бомбежку транспортов противника в Ирбенском проливе и войск на сухопутных коммуникациях. И только 28 августа, когда фашистскими войсками были заняты Таллин и Палдиски, когда дальнейшее пребывание нашей авиации в глубоком тылу нецелесообразным, Грошенков получил распоряжение перебазировать свою авиационную технику на материк.
    Враг наступал, и эскадрилье Горшенкова часто приходилось менять аэродромы. Однако она все время оставалась у стен осажденного Ленинграда, на его защите. В эти дни Коешелев стал коммунистом. В решении партийного собрания было записано: «...энергичный, обладает большой силой воли* настойчивый, решительный, смелый... с работой комсорга справляется хорошо, политически развит, идеологически устойчив, среди товарищей пользуется авторитетом...» За то,, чтобы принять Петра Кошелева в члены ВКП(б), голосовали единогласно.
    С целью более надежной обороны Ленинграда в конце 1941 года в авиации Краснознаменного Балтийского флота прошла реорганизация. 15-я отдельная авиаэскадрилья была расформировна, и Кошелев принимает звено в 1-м Гвардейском минно-торпедном авиационном полку. Звено самолетов Ил-4. Новая для Кошелева техника. А он освоил ее за две недели и уже в январе 1942 года в экипаже летчика Преснякова сделал первый боевой вылет на этом самолете.
    И в этом полку зарекомендовал себя Кошелев грамотным штурманом, а вскоре и мастером торпедных атак.
    Наконец-то повеяло летом. Еще недавно порывистые ветрш гоняли по небу рваные серые тучи, сочившиеся по-осеннему неприятным дождем, а тут как-то стихло, потеплело. Да и дни: стали нескончаемыми. Ясное небо к вечеру становилось светло-серым и, не темнея, через час-полтора вновь начинало голубеть. Наступали белые ночи.
    Белые ночи! Романтика. А Кошелев не радовался. Ему было не до романтики. Когда самолет растворялся в ночной темноте, он чувствовал себя гораздо спокойнее и увереннее. А тутл все двадцать четыре часа светло. И все же летали ночью, если ориентироваться по часам.
    Удар по Красногвардейску производили в первом часу». Возвратившись с задания, Кошелев коротко доложил, что на аэродроме уничтожено три фашистских самолета, показал по» карте, где расположены зенитные средства (их все-таки обстреляли на подходе), и, получив разрешение, пошел отдохнуть.
    Поспать не удалось. Через час его и летчика, командира звена Преснякова, снова вызвали на КП. Войдя в небольшое помещение командного пункта полка, они огляделись и присели на лавку рядом с командиром своей эскадрильи гвардии: капитаном И. Борзовым.
    — Иван Иванович, куда?— негромко спросил Кошелев».
    — К немцам,— как всегда шуткой ответил Борзов,— сейчас скажут, подожди...
    Маршрут до Сиверской Кошелеву был знаком. И сам летал туда, и штурманов экипажей своего звена готовил. И все же,. получив задание, он, как всегда, тщательно подготовил карту — отметил на ней поворотные пункты, уточнил боевой курс, пометил стоянки самолетов на аэродроме, который надо было< бомбить. Вглядываясь в ориентиры, он мысленно провел самолет в обход предполагаемой плотности зенитного огня и только после этого подошел к Преснякову.
    — Командир,— в такие минуты своего командира экипажа он не называл по имени — служба:— Смотри,— он показал на стекло планшета, где была уже сложена карта,— вот отсюда я управление возьму на себя.
    — Добре, Петро,— коротко ответил Пресняков.
    В просторной кабине штурмана, расположенной в носовой части самолета, все необходимое оборудование — навигационные приборы, радиополукомпас, бомбоприцел, пульт бомбосбрасывателя, оборудование для внутренней связи... На боевом курсе штурман может управлять самолетом. Для этого стоит только отстегнуть прижатые к полу педали и вставить в гнездо ручку управления. Даже регулировку рулей триммерами можно осуществить.
    Лежа на специальном коврике на полу, Кошелев мог стрелять из укрепленного в самом носу самолета пулемета.
    Сейчас, когда самолет, набрав высоту, взял курс на Сиверскую, Кошелев сидел на сиденье и внимательно следил за наземной и воздушной обстановкой. Изредка он переговаривался по переговорному устройству то с летчиком, то со стрелком-радистом.
    Над линией фронта их обстреляли немецкие зенитки. А говорили, что в этом месте их нет»,— удивился Кошелев и тут же нанес их месторасположение на карту. Белые облач-ки разрывов вспыхивали ниже самолета и снаряды не причиняли им вреда. Где-то справа угадывался город Тосно, потом пересекли железную дорогу, потом еще одну и к Сиверской подошли с юга.
    На подходе к вражескому аэродрому их вновь обстреляли. Пресняков умело увертывался от огня зениток, меняя направление полета и высоту. Когда же легли на боевой курс и управление взял на себя Кошелев, самолет пошел по прямой. Кошелев невозмутимо вел самолет на цель. Он прильнул к окуляру бомбоприцела и для него теперь ничего, кроме самолетов противника, которые уже хорошо просматривались, не существовало. По ним стреляли из разного оружия. Что-то он видел глазами, что-то только угадывал чутьем фронтового летчика. Только свернуть самолет от курса на цель сейчас уже ничто не могло. Разве только прямое попадание в самолет, только его гибель. «Так, голубчики,— сам себе приговаривал Кошелев, держа левую руку на бомбосбрасывателе,— так, потерпите еще чуть-чуть, сейчас я вам...»
    — Ювелирная работа, Петро,— услышал он голос Преснякова, когда уже легли на обратный курс,— точно по стоянкам. Пять самолетов фрицы не досчитались. Видал?!
    Последние месяцы Кошелеву приходилось в основном бомбить железнодорожные узлы, склады с горючим и боеприпасами и аэродромы противника. В интересах обороны Ленинграда это была весьма нужная и полезная работа. И он выполнял ее с большим желанием. Только нет-нет да и взгрустнет по морю. Кошелев ждал. Верил, что наступит время, когда снова под крылом будут плескаться волны. И это время настало. 16 июня под фюзеляжем его самолета была подвешена торпеда. Экипаж получил задание, и вскоре самолет, ревя моторами, уже набирал высоту. Ленинград обошли с севера. Здесь была меньшая вероятность встречи с самолетами противника. И наконец пересекли береговую черту.
    Море было спокойным, и редкие облака не закрывали его. Кошелев внимательно осматривал воду, но до самого горизонта ничего интересного на ней не было. Собственно, в этом районе ожидать было еще нечего. У них было задание на уничтожение транспорта, следующего в порт Котка. Штурман перевел взгляд на карту. «Километров сто еще идти»,— подумал он и отметил на ней время прохода траверза на мыс Серая Лошадь. Финский залив здесь расширялся. Берега отступали н таяли в дымке» Впрочем их очертания он знал наизусть. Bon слева залив Копорский, дальше, за мысом Колгомпя,. Лужская губа. Там, на озерном аэродроме Хаболово, начинал он, младший летнаб, свою самостоятельную летную жизнь.
    Кошелев осматривал обозримую акваторию залива. Время от времени он сверял по карте курс и наконец...
    Вижу два дымка на горизонте. Справа двадцать,— доложил он пилоту.
    Вижу,— коротко ответил тот, доворачивая самолет вправо»— думаешь, они?
    Кошелев спокойно осмотрел горизонт. Вправо и влево было чисто. Два дымка постепенно увеличивались, и через минуту он уверенно доложил:
    — Они. Атакуем с ходу. Давай, командир, снижаться. Высота быстро уменьшилась. 5000 метров, 4000... 3000..»
    Корабли исчезли за горизонт, только чуть были заметны дымки. Этого было достаточно для того, чтобы идти на них. 500 метров — посмотрел Кошелев на высотомер. У него уже все было готово для атаки. Теперь он не спускал глаз с цели. А транспорты (это были они) уже близко.
    — Атакуем переднего,— проговорил он в переговорное устройство.
    Самолет все еще снижался. Торпедирование производится с высоты 30 метров. Тридцать! Ни выше, ни ниже. Иначе торпеда или переломится при ударе о воду, или зароется в грунт. Самолет снизился до тридцати. Кошелеву казалось, что стоит только протянуть руку и можно зачерпнуть ладонью воды.
    На транспортах их заметили, наверное, давно, но только сейчас, когда до них оставалось чуть больше километра, открыли по самолету огонь из всех своих орудий. Справа и слева вздыбивались высокие водяные столбы, поднятые снарядами. Они вставали и спереди, но, к счастью, не близко. К счастью, потому что встреча с таким фонтаном ничего хорошего самолету не сулила.
    — Два вправо,— спокойно корректировал курс Кошелев.— Еще чуть-чуть. Так держать.
    — Пора,— проговорил летчик.
    Кошелев помедлил несколько секунд, и, когда до транспорта оставалось 500—600 метров, скомандовал:
    — Давай!
    Самолет тряхнуло, и, резко набирая высоту, с разворотом вправо он быстро вышел из зоны обстрела.
    — Готов!— послышался радостный возглас стрелка-ра-
    Сделав круг и убедившись, что транспорт погрузился в воду, самолет повернул на обратный курс.
    — Что-то они уж больно нагло себя ведут,— зашел разговор на аэродроме,— совсем без конвоя, без авиационного прикрытия ходят.
    — Привыкли. Мало их беспокоят.
    На другой день Кошелев снова летал в море. «Пора начинать беспокоить»,— пошутил он перед вылетом. А дело обернулось не шуткой — еще один транспорт записал он в свой актив и на этот раз.
    После обеда Кошелева вызвали к командиру полка. «Чего бы это»,— думал Петр, подходя к штабу.
    — Проходи, Петр Львович, садись,— показал на свободную табуретку командир полка гвардии майор Челноков.— Так у тебя возражений не будет, Григорий Захарович, против Кошелева,— повернулся он к сидящему рядом полковому комиссару Оганезову.
    Тот, улыбаясь, покачал головой.
    — Ну что ж, пойдешь штурманом звена в 3-ю эскадрилью,— повернулся Челноков к Кошелеву и, перехватив его недоуменный взгляд, пояснил: — На новую технику.
    Совсем недавно в полк пришли самолеты «Бостон» А-20-Ж, Ими укомплектовали третью эскадрилью, начали переучиваться. Кошелев хотел сказать, что он только успел еще привыкнуть к Ил-4, что он сдружился с ребятами из первой, что он хочет воевать, а не за партой сидеть...
    — Все понятно,— словно уловив его мысли, проговорил полковой комиссар,— только Гитлер не отпустил нам времени на академии. Вчера получили самолеты — завтра они должны уже воевать. Ты, Петр Львович, можешь быстро их освоить. А тебе еще и летный состав придется учить. Ну, понял?
    Вскоре Кошелев свободно летал и на А-20-Ж, и на А-20-С. А бывало пересаживался и на свой родной Ил-4. Летал на разведку, ставил мины на фарватерах Хельсинки и Котки. Теперь больше приходилось летать в море. Впрочем,, как и прежде, случалось бомбить ему и наземные цели. 1942 год он и закончил боевым вылетом по Новому Петергофу. Было это 28 декабря. Удачно легли бомбы в тот день. В самый центр города, в самое скопление вражеских войск и техники.
    К концу года на счету капитана Кошелева числилось уже 117 успешных боевых вылетов, большую часть которых он совершил ночью. И Новый год он встретил с чувством честно, по-гвардейски выполненного воинского долга. Командование оценило его успехи —14 января к имеющимся у него наградам добавился орден Отечественной войны I степени. А через неделю гвардии капитан Кошелев вновь возвратился в первую. Только теперь уже штурманом эскадрильи. Забот у него добавилось. А тут и пополнение прибыло,— молодые летчики и штурманы. Пришлось открывать «академию». Весной, когда только на отдельных участках фронта велись бои местного значения, прошла в полку летно-тактическая конференция.
    Не только на конференции, но и повседневно передавал он свои знания и опыт летному составу. В результате в его эскадрилье не было ни единого случая потери ориентировки экипажами.
    Наступала осень сорок третьего. Отгремели победные бои на Курской дуге, готовилось уже форсирование Днепра, а Ленинград все еще находился в блокаде. Но и здесь готовились к решительным схваткам — в сентябре был готов план сражения за Ленинград и Новгород.
    В сентябре полк перебазировался на новый оперативный аэродром. И снова у Кошелева хлопоты — нужно в считанные дни изучить новый район действий. Изучить так, чтобы на память рисовать карту района с ее населенными пунктами, железными дорогами, извилинами рек... На память! На триста километров вокруг! И не только самому, но и всему летному составу.
    Вместе с командиром эскадрильи гвардии капитаном Константюком летал он и на задания. Теперь ему доверили недавно вошедшее в практику крейсерство — свободный поиск цели в море и ее уничтожение. Чтобы не «утюжить» небо попусту, в таком полете нужно было хорошо знать, где и когда искать в море противника, знать его повадки. На Кошелева надеялись, и экипаж Константюка с торпедой под самолетом надолго уходил в море. Уходил в одиночку. Так было 30 сентября. В этот день он обнаружил и потопил транспорт противника водоизмещением 3000 тонн. Так было 13 октября — лунной ночью Кошелев обнаружил и потопил транспорт водоизмещением 3000 тонн. Так было 13 октября — лунной ночью Кошелев обнаружил и потопил транспорт водоизмещением 5000 тонн. Так было и 2 ноября...
    В этот день экипажу не везло. Небо было затянуто тяжелыми облаками, и только в их разрывах просматривалась вода. Самолет спустился под облака и летел, задевая их нижнюю кромку на небольшой высоте. Море грозно горбилось свинцовыми волнами... Транспорт обнаружили, когда уже потеряли всякую надежду на успех, обнаружили, когда до него оставалось всего километров восемь. Времени для размышлений не было, и решение атаковать с ходу созрело мгновенно. Собственно, к этому моменту экипаж был готов. Самолет снизился до высоты тридцать метров и, едва не касаясь гребней волн, ринулся в атаку.
    Все произошло почти мгновенно. Огромное судно водоизмещением 10000 тонн выбросило столб огня и, окутавшись черным дымом, почти тотчас же затонуло, опустившись в море кормой.
    На развороте, выходя из атаки, самолет Константюка почти касался воды крылом. Довольный успехом экипаж не обращал внимания на эту опасность. Самолет стал набирать высоту. И в это время послышался доклад стрелка-радиста:
    — Сверху атакуют «мессеры».
    Их было двое. Обозленные тем, что порученный их охране транспорт они проморгали, истребители остервенело кинулись на самолет Константюка. Они заходили то справа, то слева, то зависали, готовясь атаковать сверху. Огненные трассы их оружия прочеркивали пространство в непосредственной близости от торпедоносца. Умело маневрируя, пилот всякий раз уводил свой самолет от опасности. А в это время стрелок-радист и Кошелев, энергично отстреливаясь, только успевали перекладывать свои пулеметы с правого борта на левый.
    На свой аэродром они вернулись невредимыми и с радостью принимали поздравления своих товарищей.
    Готовились решающие бои за Ленинград. Полк пополнился техникой, завозились боеприпасы, горючее.
    2 ноября Кошелев потопил огромный транспорт, а 3 ноября он был награжден еще одним орденом Красного Знамени.
    ...1944 год. Линия фронта все дальше отодвигается на запад. Враг отступает. Только он еще силен и без боя не сдается.
    Громил на своем торпедоносце фашистов и Кошелев. В 1944 году он летал уже с гвардии капитаном Тарасовым. И этому экипажу сопутствовал постоянный успех. С каждым боевым вылетом Петр Кошелев увеличивал счет уничтоженной живой силы и техники противника, счет потопленных им транспортов..
    — На, штурман, читай,— сказал Кошелеву командир экипажа и протянул свежий номер краснофлотской газеты «За Сталина» за 3 июля 1944 года.
    «Летные экипажи Гатчинской части,— сообщал корреспондент,— одержали три победы на море... Гвардии капитан Тарасов со штурманом Кошелевым торпедировал и потопил немецкий транспорт водоизмещением в три с половиной тысячи тонн... Как штурман подразделения, гвардии капитан Кошелев проделал огромную работу по воспитанию молодого летного состава. Он подготовил более пятидесяти молодых штурманов. Слава отважному морскому соколу!»
    А двумя неделями спустя эта же газета писала: «На днях один из старейших балтийских штурманов гвардии капитан Петр Кошелев вместе с гвардии капитаном Тарасовым торпедировал и потопил фашистский транспорт. За годы войны штурман Кошелев сделал около двухсот боевых вылетов на морском бомбардировщике... В 1942 году он участвовал в потоплении первого вражеского судна. В этом же году он потопил канонерскую лодку и транспорт противника... Последний из этих транспортов — девятая личная победа мастера точной аэронавигации и метких торпедных залпов гвардейца Кошелева. В своей части он имеет самый большой счет потопленных фашистских судов».
    В августе в полк пришла радостная весть — 22 июля 1944 года Указом Верховного Совета гвардии капитану Кошелеву Петру Львовичу присвоено звание Героя Советского Союза.
    Но август стал для него и роковым. Садясь на подбитом в бою самолете, Кошелев сильно ударился грудью о штурвал. В госпитале ему сделали сложные операции. Он победил смерть, но по состоянию здоровья был списан в транспортную авиацию.
    В августе 1946 года нелепый трагический случай оборвал жизнь прославленного штурмана Героя Советского Союза Петра Львовича Кошелева. Он похоронен в Севастополе.
    Память о нем живет в Ейском авиационном училище, в музее которого хранится много фотографий Героя.
    Помнят П. Л. Кошелева и в Горьковском профтехучилище № 26, которое в 1934 году он окончил и откуда пошел на завод «Новое Сормово» работать фрезеровщиком.
    Автор статьи: Р. БЛЯШКО
        
     
    | Просмотров: 1906 |
    ОРУЖИЕ ВЕРМАХТА. ГЕРМАНСКИЕ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ
    НЕМЕЦКИЕ ТАНКИ
    НЕМЕЦКИЕ САУ
    НЕМЕЦКИЕ САМОЛЕТЫ. ОРУЖИЕ ЛЮФТВАФФЕ
    СЕКРЕТНЫЕ ПРОЕКТЫ ЛЮФТВАФФЕ
    Опознавательные знаки немецких танковых частей
    Тактика немецких танковых групп
    Оружие сухопутных войск (HEER). Огнестрельное, минное оружие.
    Немецкие броневики, БТР и различные гусеничные машины.
    Оружие Кригcмарине (ВМФ). Немецкие корабли, подводные лодки
    Артиллерия Вермахта. Немецкие пушки, минометы.
    Трофейная техника на службе Вермахта
    Оружие возмездия
    Инженерная техника и сооружения
    Обмундирование и элементы экипировки немецких солдат
    ВЕРМАХТ
    АВТОМОБИЛИ И ГРУЗОВИКИ ВЕРМАХТА
    ВОИНСКИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ВЕРМАХТА
    НЕМЕЦКИЕ ТАНКИ И САУ. Оружие Панцерваффе
    ФАКТЫ
    Главнокомандующие Вермахта
    ГЕРМАН ГЕРИНГ
    ГЕЙНЦ ГУДЕРИАН
    ГЕНРИХ ГИММЛЕР
    ЭРИХ ФОН МАНШТЕЙН
    ЭРВИН РОММЕЛЬ
    КАРЛ ДЕНИЦ
    ГЕРД ФОН РУНШТЕДТ
    ВИЛЬГЕЛЬМ КЕЙТЕЛЬ
    ЭВАЛЬД КЛЕЙСТ
    АЛЬБЕРТ КЕССЕЛЬРИНГ
    ЛИЧНОСТИ
    Суд в Нюрнберге
    Партийные организации Германии
  • ГЕСТАПО
  • Германский трудовой фронт
  • Гитлерюгенд
  • Лига немецких девушек
  • НСДАП
  • НСКК
  • ПИМПФ
  • SS(Shutz Staffel)
  • SA (Sturmabteilung)
  • ТУЛЕ
  • Награды Германии
  • Награды ВДВ
  • Награды личного состава Вермахта и СС
  • Награды высшего командного состава
  • Награды полиции и гражданского населения
  • Награды пехотинцев
  • Награды танковых подразделений
  • Награды подразделений ПВО
  • Награды ВМФ
  • Секреты Вермахта
  • Тайное оружие Германии
  • Новая Швабия в Антарктиде
  • Летающие тарелки Германии
  • Оккультный Рейх
  • Экспедиции нацистов
  • Преступления против человечества
  • Секретные операции Абвера
  • Книги и мемуары о войне
  • Книги и мемуары немецких генералов
  • Немецкие авторы о войне
  • Музыка и песни Третьего Рейха
  • Военные марши Германии
  • Песни
  • Неизвестный Гитлер
  • Адольф Гитлер
  • Рейхстаг
  • ТРЕТИЙ РЕЙХ
  • Картины Гитлера
  • Фото Адольф Гитлер
  • Союзники Германии
    ЯПОНИЯ
    ИТАЛИЯ
    ИСПАНИЯ
    ЛИТВА
    ЭСТОНИЯ
    ЛАТВИЯ
    ХОРВАТИЯ
    ЧЕХИЯ
    ФИНЛЯНДИЯ
    СЛОВАКИЯ
    ВЕНГРИЯ
    РУМЫНИЯ
    АВСТРИЯ
    Немецкие художники о войне и своем народе
  • Картины
  • Плакаты пропаганды Германии
  • Фотогалереи
  • Фотогалереи-ВИДЕО
  • Немецкая военная техника
  • Немецкие солдаты
  • Боевая обстановка
  • ВИДЕО
  • Военные операции Германии
  • 1939
  • 1940
  • 1941
  • 1942
  • 1943
  • 1944
  • 1945
  • Военные карты
  • ---

    WW2HISTORY.RU | Возрастные ограничения от 21+