Военно-Исторический портал посвященный Второй Мировой войне. » Герои СССР » Ф. Н. ОРЛОВ - ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
ВООРУЖЕНИЕ СССР
СОВЕТСКИЕ ТАНКИ
СОВЕТСКИЕ САУ
Вооружение воздушных сил. РУССКИЕ САМОЛЕТЫ
Вооружение морских сил (ВМФ). Русские корабли и подводные лодки
Вооружение сухопутных сил. Огнестрельное, минное оружие.
РУССКАЯ АРТИЛЛЕРИЯ
Советские броневики, БТР и гусеничные машины
Обмундирование и знаки отличия Красной Армии
Штатная организация частей и подразделений РККА
Вооружение артиллерии
ФАКТЫ
РУССКИЕ БРОНЕТАНКОВЫЕ ВОЙСКА
Личности и выдающиеся конструкторы СССР
АСЫ
ГЕНЕРАЛЫ И ПОЛКОВОДЦЫ СССР
ИОСИФ СТАЛИН
ГЕОРГИЙ ЖУКОВ
КОНСТАНТИН РОКОССОВСКИЙ
КЛИМ ВОРОШИЛОВ
ИВАН КОНЕВ
ЛЕОНИД ГОВОРОВ
ФЕДОР ТОЛБУХИН
РОДИОН МАЛИНОВСКИЙ
СЕМЕН ТИМОШЕНКО
НИКОЛАЙ ВАТУТИН
ПАРТИЗАНСКАЯ ВОЙНА
  • Русские партизаны
  • Украинские партизаны
  • Белорусские партизаны
  • Прибалтийские партизаны
  • Еврейские партизаны
  • Бульбовцы
  • Награды
  • Высшие степени отличия
  • Ордена
  • Медали
  • За подвиги женщинам
  • Сражения и операции СССР
  • 1940
  • 1941
  • 1942
  • 1943
  • 1944
  • 1945
  • Военные карты
  • Горьковская (Нижегородская) область в годы войны
  • Награждены посмертно
  • ГЕРОИ
  • Город Горький - город воинской славы !!!
  • Воспоминания ветеранов ВОВ Нижегородской области
  • Фронтовая жизнь советских воинов
  • Военные марши
  • Песни
  • Дороги войны
  • ПИСЬМА С ФРОНТА
  • Документы и удостоверения
  • ПОДВИГИ
  • Жертвы войны
  • Поле битвы
  • Числа
  • Союзники СССР. Антигитлеровская коалиция
    ПОЛЬША
    ФРАНЦИЯ
    КАНАДА
    АМЕРИКА
    АНГЛИЯ
    ДРУГИЕ СТРАНЫ
    ФОТОГАЛЛЕРЕИ
    Секретные материалы
  • Тайные операции
  • Разведка СССР
  • Тайны
  • РОА
  • Книги и мемуары о войне
  • Книги
  • Мемуары
  • Фотогалерея
  • Военная техника
  • Воины
  • Плакаты пропаганды
  • Картины о войне
  • Элементы сражений
  • ВИДЕО
  • РУССКИЕ ТАНКИ
  • РУССКИЕ САМОЛЕТЫ
  • ФИЛЬМЫ/СЕРИАЛЫ О ВОЙНЕ
  • ПРОПАГАНДА
  • Меню сайта

    ГЛАВНАЯ СТРАНИЦА
    Обратная связь
    Правообладателям
    От авторов сайта
    Ресурсы
    Опрос на сайтеWW2History.ru

    Рокоссовский
    Жуков
    Конев
    Ватутин
    Малиновский
    Говоров
    Толбухин



    Яндекс цитирования
    Яндекс.Метрика
     [ Герои СССР Ф. Н. ОРЛОВ - ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА
    Летчики эскадрильи прозвали самолет Федота Орлова «Голубой двойкой». Накиле этого четырехмоторного самолета-гиганта ТБ-3 цифра «2» была выведена на голубой полосе. На этом самолете перед войной летал сам Николай Францевич Гастелло, а Федот Орлов был вторым пилотом. Когда Гастелло стал командиром отряда, Орлова назначили вместо него командиром корабля. Еще позже Орлов стал командиром отряда в эскадрилье, которой командовал Гастелло.

    Ф. Н. ОРЛОВ - ГЕРОЙ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

    ...Подкатила «эмка». Из нее вышли трое в папахах.
    — Экипаж готовится к боевому вылету,— доложил командир корабля старший лейтенант Орлов.
    — Какие бомбы подвешиваете?,— спросил командир соединения генерал-лейтенант Т. Ф. Куцевалов.
    — Как всегда, сотки,— спокойно ответил Орлов.
    — Отставить сотки,— прервал генерал.— Только 250 килограммов. Десять осилите?
    — Осилим, товарищ генерал, да еще мелочи возьмем.
    — Вашему экипажу, товарищ Орлов, сегодня особое задание,— продолжал Куцевалов.— Только что получено сообщение от партизан: через час начнется банкет немецких офицеров в Доме культуры в Новгороде. Туда завезли много вин и продуктов. Говорят, вот только «огурцов» у них нет... Может, подбросишь, Орлов? Ты ведь бывал в Новгороде до войны, знаешь, где этот Дом культуры находится?
    — Знаю, товарищ генерал, бывал в нем не раз. Подбросим им «огурчиков» на закуску.
    ...Более двухсот километров с попутным ветром преодолели менее чем за час. Новгород казался безжизненным. Ни огонька.
    — Фрицы как сдохли там все,— проворчал штурман Евгений Сырица.
    — Ничего, мы их из-под земли достанем,— ответил Орлов и сбавил обороты моторов.
    Но подойти незамеченными все равно не удалось. Пришлось прорываться сквозь зону сильного заградительного огня и лучи прожекторов. Орлов маневрировал, чтобы избежать поражения, но на боевом курсе повел самолет строго по прямой. Прямо с хода Сырица с минимальными интервалами сбросил все десять бомб. Шесть из них точно накрыли цель. Второй заход. На этот раз на землю полетела серия малокалиберных осколочных бомб.
    Позднее на аэродроме, осматривая самолет и подсчитывая пробоины, Федот с огорчением сказал:
    — А Дом культуры жалко: красивый домина был...
    Через двое суток на аэродром снова прилетел генерал Куцевалов. Он зачитал радиограмму от партизан: «В ночь на 17 декабря после вашего бомбардирования под обломками клуба нашли себе смерть 132 немецких офицера». Помолчав немного, добавил:
    — За отличное выполнение особого боевого задания, в результате которого врагу нанесен большой урон, старшему лейтенанту Орлову Федоту Никитичу присваивается досрочно очередное воинское звание «капитан» и объявляется благодарность.
    — Служу Советскому Союзу!— еле выговорил разволновавшийся Орлов и встал в строй.
    Кто же был этот удачливый капитан Орлов? Родился он в канун первой мировой войны в бедной чувашской крестьянской семье. Рано лишился отца: он умер в 1915 году, вернувшись с фронта больным и раненым. Зимой четверо детей Орловых не имели возможности выйти на улицу: не в чем было. Федоту исполнилось восемь лет, когда он очутился в Томилинском детском доме под Москвой. Это спасло его от смерти: на средней Волге был голод. По пути в детский дом Федот впервые увидел паровоз, в бане впервые держал в руках мыло, не зная, что с ним делать, не знал, как ботинки зашнуровывают. Много раз ходили детдомовцы на экскурсию на близлежащий аэродром, а потом играли в летчиков. Здесь и зародилась мечта о небе.
    И снова он в родном селе Малые Ямаши недалеко от города Ядрина. Зимой учился, летом со старшим братом пас стадо. В 1929 году окончил школу крестьянской молодежи, в этом же году стал комсомольцем. Ядринский райком комсомола направил Федота Орлова в Нижний Новгород в школу ФЗУ при Нижжирхимтресте (ныне Горьковский масложир-комбинат). Попутно занимался в планерном кружке Осоавиа-хима, потом на подготовительных курсах в летную школу. Старался ликвидировать пробелы в знании русского языка, в чем ему помогали учившиеся с ним русские девушки. После окончания школы ФЗУ по путевке Горьковского крайкома комсомола в мае 1932 года Канавинским райвоенкоматом города Горького Орлов был направлен в Ейскую школу морских летчиков. Окончил ее с отличием в звании старшины, был награжден именными часами. Получил назначение в Ростовскую бригаду тяжелых бомбардировщиков вторым пилотом в экипаж Николая Францевича Гастелло. Вместе воевали с японцами в Китае, участвовали в освобождении Западной Белоруссии и Западной Украины, в войне с белофиннами. В 1936 году вместе участвовали в первомайском воздушном параде над Красной площадью. В Великой Отечественной — с первого дня. Тогда Федот Орлов был уже командиром авиационного отряда, старшим лейтенантом. Гастелло за два месяца до начала войны перевели в другой полк, вооруженный более совершенными дальними бомбардировщиками ДБ-Зф. Прощание было трогательным: Николай Гастелло был любимцем полка. Особенно переживал расставание Федот Орлов — воспитанник Николая Францевича.
    Первым фронтовым аэродромом был грунтовый аэродром близ белорусского города Осиповичи. Уже в ночь на 23 июня Орлов и его однополчане бомбили колонну танков на шоссе восточнее Барановичей. На следующую ночь опять бомбили танковую колонну, но уже западнее объятого пламенем пожаров Минска. Зенитки яростно огрызались. Утром на аэродроме техник самолета Александр Александрович Свечников, или, как его все звали попросту, Сан Саныч, насчитал в самолете двенадцать пробоин. А тринадцатая оказалась в противогазе самого Сан Саныча.
    На пятый день войны геройски погиб экипаж Николая Гастелло. Он направил свой горящий самолет на скопление танков и бензоцистерн врага. Трудно передать, что творилось в душе каждого, кто знал Николая Францевича, кто долгие годы провел с ним в одном боевом строю. Этой же ночью был открыт счет мести. На немецком аэродроме, который бомбил экипаж Орлова и несколько других экипажей полка, было сожжено немало самолетов фашистов. Через несколько дней— еще один успешный ночной налет на другой аэродром. На обратном пути стрелки Орлова сбили немецкий самолет. А главное, все экипажи вернулись на свою базу, несмотря на очень сильный зенитный огонь. До семи часов длился каждый полет. Особенно под утро смертельно хочется спать, трудно бороться с усталостью.
    Прилетели все живые, радоваться бы надо. Но не радостно от недобрых вестей с фронтов: враг захватил еще ряд городов. Но даже в это тяжелое время Орлов и его боевые друзья верили, что недалек тот час, когда наконец кончится отступление и начнется изгнание врага с советской земли. Особенно возросла эта вера после выступления по радио товарища Сталина 3 июля 1941 года. Каждую ночь тяжелые бомбардировщики наносили ощутимые удары по железнодорожным узлам в глубоком вражеском тылу, по аэродромам и переправам, по скоплению войск и техники. Но и им крепко порой доставалось. В ночь с 5 на 6 июля 1941 года после эффективной бомбежки вражеского аэродрома в самолете Орлова оказалось тридцать две пробоины. Пули от крупнокалиберного пулемета пролетали где-то совсем рядом. Одна из них пробила полу реглана Орлова, другая — козырек кабины, третья скользнула по пальцу штурмана Сырицы. Сырице вообще «везло»: в один из следующих полетов пуля царапнула ему руку выше локтя. Вот уж действительно до смерти было не четыре шага, как в песне поется, а сантиметры. Трудно, очень трудно было порой в полетах, особенно над целью. И тогда Орлов говорил себе: «Держись, Орлов, ты командир корабля, которым управлял Гастелло. Ты летишь, окруженный разрывами зенитных снарядов, все ближе к тебе трассы зенитных пулеметов, ты в цепких лучах прожекторов. Говоришь, не пробиться? А он пробился бы и уничтожил цель.
    Смерть ждала Орлова и его однополчан не только в воздухе, но и на земле. Однажды на командном пункте нашли подготовленные к взрыву гранаты и поймали диверсанта. Им оказался завербованный фашистами мастер по вооружению, немец по национальности, из кулацкой семьи. Да и бомбежки аэродрома, на котором базировался полк дальних ночных бомбардировщиков, не были редкостью. При этом были потери и в личном составе и в самолетах. Потери прекратились, когда перебазировались с аэродрома Шайковка на временную взлетно-посадочную площадку у деревни Кувшиновка близ города Юхнова. Здесь с трех сторон к летному полю подступал лес, на опушке которого и замаскировали самолеты. Ночью с этого аэродрома летали на боевые задания, днем на поле ставили бутафорские стога сена, и немцам в голову не приходило, что здесь аэродром.
    Летали не только на бомбометание по скоплению вражеских войск, железнодорожным узлам и аэродромам. Приходилось и группы разведчиков и десантников выбрасывать в тыл врага. Орлов всегда восхищался мужеству этих людей, спокойно и уверенно исчезающих через бомболюки в темноте ночи. Летали и к партизанам, доставляли им оружие и боеприпасы, радиостанции, медикаменты, обратно вывозили раненых, больных и детей. По пути разбрасывали листовки на немецком языке, предназначенные немецким солдатам, и на русском — адресованные советским людям, оказавшимся в оккупации.
    В разгар оборонительных боев, в самое трудное для нашей Родины время, когда враг рвался к Москве, комсомолец Орлов, как отличившийся в боях, был принят в члены партии.
    Особенно эффективным был налет звена ТБ-3 во главе с Орловым на аэродром противника в ночь с 14 на 15 августа 1941 года. По данным аэрофоторазведки, там были уничтожены десятки самолетов врага. Кстати, это был один из «своих» аэродромов, где полку пришлось некоторое время базироваться. Там все было до мелочей знакомо, бомбили поэтому уж очень «аккуратно».
    В конце августа — начале сентября — полеты в сторону Ельни. А пятого сентября радовались сводке Совинформбюро: Ельня освобождена войсками Западного фронта, разгромлены восемь дивизий врага. На следующую ночь — полеты за Ельню в сторону Ярцева, это почти рядом со Смоленском. Задание выполнили. Скоплению немецких войск крепко досталось. Но досталось и нашим экипажам. На самолете Орлова выведен из строя один из правых моторов, ранен в щеку осколком снаряда второй пилот Козырев, десятки пробоин в самолете. А на аэродроме ждала горестная весть: от прямого попадания снаряда взорвался над целью самолет командира отряда из первой эскадрильи капитана Белкина. Весь экипаж из восьми человек погиб. Авиаторы очень переживали эту утрату.
    И опять полеты к партизанам. В знаменитый партизанский край между Ленинградом и Старой Руссой. Летали туда, несмотря на явно нелетную погоду: сплошная низкая облачность и дождь. Как в такой кромешной темноте штурману Сырице удавалось среди лесов и болот находить партизанские небольшие площадки — уму непостижимо. Сколько раз остальные экипажи возвращались с полпути из-за такой погоды, а экипаж Федота Орлова, на свой риск и страх находил обозначенную условным расположением костров поляну и сбрасывал туда тщательно упакованные грузы. Всякое случалось в первый год войны. Однажды рано утром летчики, утомленные продолжительным ночным боевым вылетом, уселись завтракать, и вдруг — боевая тревога. Оказалось, что на подступах к аэродрому показались немецкие танки и бронемашины, а за ними мотоциклисты. Взлетели под обстрелом: фашисты были уже на окраине аэродрома. Не обошлось без жертв, многие спаслись просто чудом. Получилось так: летали бомбить гитлеровцев за сотни километров, а они были совсем рядом.
    Конец сентября. Стало холодно, почти круглые сутки моросили дожди, иногда вперемежку со снегом. И все же наши ТБ-3 почти каждый вечер с нового для них аэродрома Кесова Гора улетали бомбить глубокие тылы противника. Цели были прежние: узловые железнодорожные станции со скоплением груженых эшелонов, склады с горючим, переправы, аэродромы. В таких сложнейших полетах вся надежда была на первоклассного штурмана Сырицу. В полку даже стихи про него пытались сочинять, но поэты были слабые, и дальше двух строк: «Ты, Евгений, штурман — гений», дело так и не продвинулось. Федот гордился своим штурманом, но и опасался, что он может уйти на повышение: все чаще и чаще Евгения стали брать с собой в полет более высокие начальники.
    Вот и 24 сентября 1941 года Сырица полетел в экипаже ведущего капитана Павла Родионова, а с Орловым штурман Родионова — Вениамин Вашуркин. В эту ночь все экипажи совершили по три успешных вылета по переправам в районе озера Селигер с аэродрома подскока у города Торжка. Но после третьего полета посадку в Торжке не разрешили: там в ожидании налета немецкой авиации объявили воздушную тревогу. Орлов распорядился:
    — Вениамин, выводи на аэродром Кесова Гора. Горючего в обрез, но дотянем.
    А погода все хуже и хуже: моросит холодный дождь, высота облачности двести метров. И, как назло, отказала рация. Виноват тут или не виноват Вашуркин, но ориентировка была потеряна. И Орлову невольно подумалось: «Эх, был бы Сырица...» Вынужденную посадку Орлов произвел классически. Вряд ли она так благополучно окончилась бы, если бы
    по команде Орлова бортмеханик Сан Саныч и радист Бутенко не приземлились с парашютами близ подобранной с воздуха площадки и не указали кострами направление посадки... На земле стрелка бензиномера застыла на нуле. А тут еще сверхбдительные крестьянки и старики из села Улеймовка Ярославской области (вот ведь куда залетели!) арестовали экипаж и под конвоем отвели в сельсовет. Зато, когда разобрались, накормили и уложили спать в мягкие чистые постели, на каких Орлов еще ни разу не спал с самого начала войны.
    А фронт подкатывался все ближе и ближе к Москве. Аэродром Кесова Гора не был как следует оборудован для ночных полетов, и полк передислоцировался на аэродром Змиевка на левом берегу неширокой здесь Волги, близ Калинина. А на боевые задания продолжали летать с аэродромов подскока, находившихся ближе к линии фронта. Там подвешивали бомбы, заправлялись горючим. Большой урон наносили тяжелые ночные бомбардировщики врагу. Но и сами продолжали нести потери. А тем временем в жизни Орлова произошли изменения. Три экипажа, которые были временно переданы командующему Северо-Западным фронтом для снабжения партизан, так и остались в его распоряжении и составили основу 21-й отдельной эскадрильи тяжелых бомбардировщиков. Командиром стал капитан Родионов, одним из двух отрядов продолжал командовать капитан Орлов. А вскоре прибыло и пополнение. Сбылось предчувствие Орлова: Сырицу назначили штурманом эскадрильи. Но, как говорится, «привычка свыше нам дана». Когда представлялась возможность, Евгений летал и на «Голубой двойке».
    14 октября 1941 года гитлеровцы захватили город Калинин. После этого эскадрилье ставилась задача каждую ночь блокировать вражеский аэродром рядом с этим городом. С него немцы летали бомбить Москву. Наши летчики делали так, чтобы над этим аэродромом постоянно «висел» один из самолетов эскадрильи, бомбы бросали не серийно, а за несколько заходов. Ни прожекторам, ни ураганному огню зениток не удалось нарушить график родионовских экипажей. Не прекращались наши налеты на этот аэродром и в низкую облачность и даже в туман. Особенно эффективно применялись зажигательные бомбы вперемежку с фугасными и осколочными. Так, 25 октября экипаж Орлова сжег шесть самолетов врага. На сей раз была сброшена одна трехтонная ротативно-рассеивающая бомба. На заданной высоте она раскрылась, из нее разлетелись более сотни двадцатилятикилограммовых бомб, они-то и накрыли несколько стоянок самолетов.
    Дважды из-за обледенения самолета в воздухе приходилось Орлову совершать вынужденные посадки. Ночью, при отвратительной видимости на многотонном корабле с размахом крыльев 30 метров. Какую при этом нужно было имет0ь
    выдержку, сообразительность, мгновенную реакцию на изменение обстановки!
    Пятого ноября 1941 года эскадрилья «работала» с аэродрома Крестцы, что в полсотне километров восточнее озера Ильмень. Экипаж Орлова возвратился с четвертого боевого вылета изрядно уставшим. Орлов был доволен ночной «работой»: все вылеты были с Сырицей и все прошли успешно. «Сейчас доложу на командном пункте о результатах, позавтракаю и спать, спать, спать»,— мечтал Федот. Но не тут-то было. Сам генерал Куцевалов ждал его на командном пункте и попросил, не приказал, а именно попросил слетать еще разок и уничтожить крупное бензохранилище. И полетели. Почти совсем рассвело, когда Сырица с одного захода сбросил все бомбы на цель. Взрыв, огромное пламя, все вокруг окуталось черным дымом.
    Шестого ноября, в канун 24-й годовщины Великого Октября, ночь была морозной. Чтобы не обморозиться, летали в кротовых масках. Ведь у туполевского самолета ТБ-3 кабина открытая, защищенная от встречного потока воздуха лишь прозрачным из плексигласа козырьком. За два ночных вылета шесть самолетов эскадрильи сбросили на вражеский аэродром пятнадцать тонн бомб, уничтожили 27 немецких самолетов.
    Надолго вывели из строя взлетно-посадочную полосу. Полеты закончили под утро. А вечером узнали о выступлении И. В. Сталина и параде на Красной площади. Как все это подняло настроение воздушных бойцов!
    Последнее время летали с аэродрома Бережи. Оттуда перебазировались в Выползово, что в 30 километрах от известной узловой станции на Октябрьской железной дороге Бологое. Как раз начался разгром немецко-фашистских захватчиков под Москвой. Наступила страдная пора и у родионов-ской эскадрильи. Полеты, полеты с наступления темноты и до рассвета. Вот тут-то и состоялся тот самый знаменитый полет на Новгород в ночь на 17 декабря, описанный в начале очерка, самый эффективный из всех бомбовых ударов по врагу экипажа «Голубой двойки».
    А мороз с каждым днем становился сильнее и доходил уже до сорока градусов. И доставалось же всей технической части экипажа: механику Шутко, технику Гирееву, оружейнику Асуеву и другим. Несладко от этого мороза и летному составу, несмотря на их меховые комбинезоны и унты, шлемы, кротовые маски, перчатки-краги и теплое белье. Орлов на посадке на несколько минут сдвинул маску вверх, чтобы лучше был обзор и... обморозил лицо. Да и пальцы ног. И пролежал полмесяца в госпитале. До слез было обидно ему, что в такое горячее время он прикован к госпитальной койке.
    И вот снова родная эскадрилья. Один за другим следуют боевые вылеты. Один из них Орлов не забудет никогда. Бомбили вражеский аэродром. Попали в клещи двадцати прожекторов. Вокруг с треском рвались десятки снарядов. Это был настоящий ад. Один из малокалиберных снарядов попал в крыло, образовав солидную брешь. Еле дотянули до своего аэродрома.
    В начале февраля 1942 года на груди Орлова появилась первая награда — орден Красного Знамени. А 19 февраля ему исполнилось двадцать девять лет.
    День рождения праздновать было некогда, отмечал его очередным боевым вылетом. Отметил хорошо: бомбы легли точно, на крупном железнодорожном узле, когда отходили от него, бушевал пожар, рвались боеприпасы в эшелонах. Но и немцы преподнесли Орлову «подарок»: очередью из крупнокалиберного зенитного пулемета пробили всю правую группу бензобаков. Пришлось садиться не в Выползове, а на ближнем аэродроме в Крестцах.
    В последний день февраля был еще особенно результативный боевой вылет. На вражеском аэродроме группа Орлова уничтожила три десятка самолетов и немало другой техники. Так сообщила наша наземная и воздушная разведка. Продолжали работать и на партизанский край. Приходилось опять выбрасывать десантников-парашютистов в тыл врага. Все шло нормально. И вдруг... не вернулся с боевого задания экипаж командира отряда Лактионова. Все это переживали, а Орлов втройне. Лактионов был его самым близким другом. Втройне потому, что штурманом этого самолета был другой его друг — Сырица. Много дней Орлов жил надеждой на лучший исход. И этой надежде суждено было исполниться. Подбитую над целью машину Лактионову удалось посадить на мелколесье. По колено, а где и по грудь в снегу добрели они до линии фронта и чудом перебрались через нее.
    ...Март, апрель и часть мая 1942 года Орлов провел в глубоком тылу на капитальном ремонте одного из самолетов его отряда. Почему так долго? Да потому, что самолеты ТБ-3 уже давно как устаревшие были сняты с производства, и каждую запасную деталь доставать приходилось с огромным трудом. На родной аэродром вернулся на отремонтированном корабле. Приближалось лето, и ночи здесь, в районе Выползова, становились все короче и светлее и почти походили на белые ленинградские ночи. Как ни старались, больше одного вылета никак не получалось. Зато удалось несколько увеличить бомбовую нагрузку. Находясь в тылу, Орлов тревожился, что по количеству боевых вылетов он отстанет от боевых друзей. Но за короткие летние ночи успел догнать многих и даже перегнать некоторых. Больше всего бомбили аэродром вокруг Демянской группировки фашистов. Вот и 5 июля 1942 года два экипажа ТБ-3, в том числе и экипаж Орлова, нанесли удар по вражескому аэродрому Глебовщина и уничтожили на нем
    одиннадцать самолетов. Из этого вылета с многочисленными пробоинами вернулся только экипаж Орлова. Второй самолет, тот самый, который Орлов пригнал после ремонта из тыла, был сбит над целью немецким ночным истребителем.
    Самолетов в эскадрилье не хватало. А все рвались в бой. Комэск майор Родионов за одним самолетом закреплял два экипажа. Летали они по очереди. А скоро пришел приказ получить и перегнать самолеты из глубокого тыла. Не новые, конечно, а просто тыловые транспортные. Когда уже летели обратно, Орлов задержался с вылетом из-за неисправности рации. Летел один. Пролетая над Чувашией, не устоял от соблазна приземлиться у родной деревни Малые Ямаши Ядрин-ского района. Вся деревня сбежалась к самолету. Женщины, дети и старики до самой ночи слушали рассказ Федота Орлова и не переставали удивляться, каким стал представительным босоногий Федька-пастушонок. Рассказали и колхозники о своих делах: работают от мала до велика не покладая рук, почти весь урожай отдают фронту. Дали наказ бить врага еще сильнее.
    Вскоре Орлову удалось начать выполнять наказ земляков. По заданию командующего воздушной армией экипаж «Голубой двойки», несмотря на «горячую встречу» немецких прожекторов и зениток, взорвал и сжег большое бензохранилище фашистов. Зарево от пожара было так велико, что его было видно за добрую сотню километров.
    Но и «Голубой двойке» досталось: осколки снарядов вывели из строя левый крайний мотор. Дотянули на трех. Как только с помощью тягача зарулили на стоянку, Орлов с трудом спустился на землю и потерял сознание. Очнулся в санчасти. Пришли все члены экипажа. Обрадовались, что командир жив. Доложили: в самолете — полсотни пробоин. А на следующий день пришло подтверждение от командующего: склад горючего полностью уничтожен. Он объявил всему экипажу благодарность, сообщил, что все они представлены к правительственным наградам.
    Указом Президиума Верховного Совета СССР от 21 июля 1942 года капитану Федоту Никитичу Орлову было присвоено звание Героя Советского Союза. Это событие, как и день рождения, отмечали очередным боевым вылетом. Правда, была одна особенность: в эту ночь в честь этого события Орлов был флагманом. Только в день вручения ему Золотой Звезды и ордена Ленина он не летал, а был назначен помощником дежурного по полетам. И всю ночь томился на старте, ожидая возвращения боевых друзей. И они вернулись. К счастью, все до единого. Так что фронтовые сто граммов подняли и за нового Героя, и за успешный боевой вылет.
    Но война есть война, и потери неизбежны.
    Вскоре Орлова подбили. Но не на «Голубой двойке», а на другом самолете своего отряда, В глубоком тылу врага в лучах двенадцати прожекторов с предельной точностью отбомбились по военному заводу. На высоте трех тысяч метров было холодно, члены экипажа стали мерзнуть. На обратном пути Орлов повел самолет со снижением. По расчету штурмана Ва-шуркина вот-вот должна была быть линия фронта. Но он ошибся. Неожиданно вспыхнули прожектора, на самолет обрушился шквал зенитного огня. Самолет загорелся.
    — Всем выброситься на парашютах!— скомандовал Орлов. Сам с большим трудом выбросился последним. А через несколько секунд самолет взорвался. На земле удалось быстро собрать экипаж. Не было только радиста Николая Смирнова. Это он, горящий на горящем парашюте, камнем проскочил в воздухе около Орлова. Он задержался в горящем самолете, передавая по рации на базу о случившемся. Днем отсиделись в артиллерийской воронке среди густых низкорослых сосенок и елей. Ночью где шли, а где ползли на север. Несколько раз натыкались на гитлеровцев, но благополучно от них уходили. В лесном лагере жители одной из лесных деревень их накормили. Целый день в шалаше они там отсыпались. А ночью переползли через линию фронта, буквально под носом у немцев.
    В дни, когда у стен Сталинграда шли кровопролитные бои, русские авиаторы авиационной эскадрильи делали все, чтобы ни один фашист отсюда, с Северо-Западного фронта, не был переброшен на Волгу.
    В конце декабря 1942 года его и Федора Лактионова направили на Высшие курсы усовершенствования командного состава Военно-Воздушных Сил. А вскоре была расформирована и 21-я отдельная ночная эскадрилья. После окончания курсов Федот Никитич Орлов был назначен в дивизию особого назначения. Вот здесь и состоялось вручение самолета Ли-2 Орлову Сарсковым. На этом самолете он и летал до конца войны. Как и в отдельной эскадрилье, выбрасывали десанты в тыл врага, доставляли партизанам боеприпасы, медикаменты, эвакуировали раненых. Облетал со спецзаданиями всю страну.
    В конце войны и после нее летал в Болгарию, Австрию, Чехословакию, Румынию, Венгрию, Китай и другие страны. Летом 1943 года во время сражения на Курской дуге Орлов был ранен, лечился в Московском авиационном госпитале. Выл награжден орденом Отечественной войны I степени. После войны снова учился. Командовал полком. Одним из первых стал летчиком первого класса. В 1958 году по состоянию здоровья гвардии полковник Ф. Н. Орлов уволился в запас. Вернулся к себе на родину. Сейчас живет в Чебоксарах.

    Автор статьи: И.Тюльников.
        
     
    | Просмотров: 4055 |
    ОРУЖИЕ ВЕРМАХТА. ГЕРМАНСКИЕ ВООРУЖЕННЫЕ СИЛЫ
    НЕМЕЦКИЕ ТАНКИ
    НЕМЕЦКИЕ САУ
    НЕМЕЦКИЕ САМОЛЕТЫ. ОРУЖИЕ ЛЮФТВАФФЕ
    СЕКРЕТНЫЕ ПРОЕКТЫ ЛЮФТВАФФЕ
    Опознавательные знаки немецких танковых частей
    Тактика немецких танковых групп
    Оружие сухопутных войск (HEER). Огнестрельное, минное оружие.
    Немецкие броневики, БТР и различные гусеничные машины.
    Оружие Кригcмарине (ВМФ). Немецкие корабли, подводные лодки
    Артиллерия Вермахта. Немецкие пушки, минометы.
    Трофейная техника на службе Вермахта
    Оружие возмездия
    Инженерная техника и сооружения
    Обмундирование и элементы экипировки немецких солдат
    ВЕРМАХТ
    АВТОМОБИЛИ И ГРУЗОВИКИ ВЕРМАХТА
    ВОИНСКИЕ ФОРМИРОВАНИЯ ВЕРМАХТА
    НЕМЕЦКИЕ ТАНКИ И САУ. Оружие Панцерваффе
    ФАКТЫ
    Главнокомандующие Вермахта
    ГЕРМАН ГЕРИНГ
    ГЕЙНЦ ГУДЕРИАН
    ГЕНРИХ ГИММЛЕР
    ЭРИХ ФОН МАНШТЕЙН
    ЭРВИН РОММЕЛЬ
    КАРЛ ДЕНИЦ
    ГЕРД ФОН РУНШТЕДТ
    ВИЛЬГЕЛЬМ КЕЙТЕЛЬ
    ЭВАЛЬД КЛЕЙСТ
    АЛЬБЕРТ КЕССЕЛЬРИНГ
    ЛИЧНОСТИ
    Суд в Нюрнберге
    Партийные организации Германии
  • ГЕСТАПО
  • Германский трудовой фронт
  • Гитлерюгенд
  • Лига немецких девушек
  • НСДАП
  • НСКК
  • ПИМПФ
  • SS(Shutz Staffel)
  • SA (Sturmabteilung)
  • ТУЛЕ
  • Награды Германии
  • Награды ВДВ
  • Награды личного состава Вермахта и СС
  • Награды высшего командного состава
  • Награды полиции и гражданского населения
  • Награды пехотинцев
  • Награды танковых подразделений
  • Награды подразделений ПВО
  • Награды ВМФ
  • Секреты Вермахта
  • Тайное оружие Германии
  • Новая Швабия в Антарктиде
  • Летающие тарелки Германии
  • Оккультный Рейх
  • Экспедиции нацистов
  • Преступления против человечества
  • Секретные операции Абвера
  • Книги и мемуары о войне
  • Книги и мемуары немецких генералов
  • Немецкие авторы о войне
  • Музыка и песни Третьего Рейха
  • Военные марши Германии
  • Песни
  • Неизвестный Гитлер
  • Адольф Гитлер
  • Рейхстаг
  • ТРЕТИЙ РЕЙХ
  • Картины Гитлера
  • Фото Адольф Гитлер
  • Союзники Германии
    ЯПОНИЯ
    ИТАЛИЯ
    ИСПАНИЯ
    ЛИТВА
    ЭСТОНИЯ
    ЛАТВИЯ
    ХОРВАТИЯ
    ЧЕХИЯ
    ФИНЛЯНДИЯ
    СЛОВАКИЯ
    ВЕНГРИЯ
    РУМЫНИЯ
    АВСТРИЯ
    Немецкие художники о войне и своем народе
  • Картины
  • Плакаты пропаганды Германии
  • Фотогалереи
  • Фотогалереи-ВИДЕО
  • Немецкая военная техника
  • Немецкие солдаты
  • Боевая обстановка
  • ВИДЕО
  • Военные операции Германии
  • 1939
  • 1940
  • 1941
  • 1942
  • 1943
  • 1944
  • 1945
  • Военные карты
  • ---

    WW2HISTORY.RU | Возрастные ограничения от 21+